Исторические аспекты разработки проблематики времени
0

Исторические аспекты разработки проблематики времени

Анализ многовекового развития понятия «времени» показал фундаментальность, исключительную сложность и неоднозначность подходов к решению проблематики времени (Августин, Аристотель, И. Кант, Г. Лейбниц, А. Бергсон, А. Пуанкаре, Г. Гегель, Р. Декарт, Д. Локк, І. Ньютон, Платон, Г. Рейхенбах, А. Эйнштейн и другие). На основе анализа работ предшественников В. И. Вернадский выделил следующие особенности времени: необратимость хода, структурность и связь с пространственными соотношениями, фундаментальную роль длительности (дления), изоморфизм в определениях времени в живой, неживой природе, а также в психике человека. Дальнейшее определение понятия «время» связано с развитием реляционных, синергетических, феноменологических взглядов на действительность (Э. Гуссерль, Г. Хаккен, И. Пригожин, М. Хайдеггер, С. П. Курдюмов и другие), с обоснованием необратимости времени, своеобразия субъективного времени. В современном понимании все большее значение приобретает преодоление противоречий в представлениях субъективного и объективного времени (М. К. Мамардашвили, Г. П. Аксёнов, М. Бунге, Е. Н. Князева), и время как таковое в философии рассматривается как форма бытия вещей и явлений, отражающая процесс изменений их состояния и продолжительность их существования (А. А. Грицанов). Обобщая данные, Ю. Б. Молчанов выделяет следующие фундаментальные концепции времени: субстанциональную, реляционную, статическую, динамическую. Подчеркивается, что каждая концепция раскрывает только отдельные стороны временных соотношений, а целостное представление о времени требует творческого синтеза всего разнообразия его описаний.

Было установлено, что в большинстве научных концепций поднималась фундаментальная проблема соотношения формально-численного представления времени с сущностными тенденциями, обеспечивающими единство объектов в течение их непрерывного существования. Как видно, динамические особенности проявлений целого более полно освещены в определении непрерывной длительности реализации процессов и объектов. Вместе с тем, формальное представление о времени в виде последовательности изменений яснее дано в определении физического (объективного) времени, где длительность изменений измеряется при помощи формальных общепризнанных мер времени.

В реальном целостном процессе длительность и временная последовательность изменений объединяются, причем снятие проблемы согласования определений длительности и последовательности находится в плоскости разрешения противоречий между целым и частями, содержанием и формой, непрерывностью и дискретностью времени.

Анализ показывает, что в философских и естественнонаучных концепциях как западной, так и восточной традиций понятие длительности согласуется с качественной специфичностью существования и определяется в связи с непрерывным, направленным, целостным течением процессов действительности. Длящийся процесс или существующий объект имеет и качественное своеобразие, и предпосылки ограничения своего становления в реальности. И здесь фундаментальным является вопрос о действительных ограничениях длящегося процесса. Длящиеся моменты определялись в связи с: движением (Аристотель); актом внимания (Августин); единым актом апперцепции (Э. Гуссерль); временем простого действия (Д. Локк); моментом (китайская философия); мигом как целым миром (М. К. Мамардашвили); хрононом (Д. Уитроу). В современном понимании в иерархической темпоральной организации процессов действительности (Е. Н. Князева, А. Л. Алюшин) моменты могут рассматриваться и как отдельные развернутые во времени события, и как непрерывное течение целостного процесса, создаваемого из последовательных, взаимопроникающих и перетекающих моментов (континуальность).

Научное обоснование перехода между событиями временной последовательности оказалось проблематичным. Попытки решения этой проблемы были предприняты в рамках причинной теории времени (И. Кант, Г. Лейбниц, А. Грюнбаум, Г. Рейхенбах, А. Эйнштейн и другие). Однако ни одно из предложенных теоретических обоснований не представило доказательств правильности причинной теории времени (А. М. Мостепаненко). Попытки Н. А. Козырева связать плотность времени, рассматриваемого по аналогии с силовыми полями, с физической реальностью также не были убедительными (А. М. Бич). И в хроногеометрии, где события временной последовательности рассматриваются как точки на прямой линии, и в теоретических построениях А. М. Жарова, основывающихся на неопределенности перехода (момента становления) между последовательными событиями, не добавляется ничего существенного к пониманию реальных связей между последовательными элементами временного ряда. Иначе говоря, формальные модели представления действительности не позволяют доказать непрерывность течения объективного физического времени.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *